Было это очень — очень давно… Ещё в те времена, когда татарские набеги не давали покоя не только нашему краю, но и всей Украине.
По бескрайним степям татарские орды пробирались в сёла, города, поселения. Добычей брали не только товары и разный скарб, но гнали в плен людей — целые семьи, роды.
Тяжёлая это была доля. Ветер, дождь, палящее солнце — казалось, даже природа не знала жалости к пленным.
Тяжело было смотреть на это зрелище — брели уныло измученные люди, на исхудавших лицах не появлялось даже улыбки, жгучие мозоли покрывали уставшие ноги.
Многие не выдерживали такого горя — умирали в дороге. Самый тяжёлый участок пути пролегал именно через херсонские степи. Казалось, устали уже даже татарские надсмотрщики.
И как-то так получилось, что небольшая группа пленных отделилась.
Сначала они уныло брели, видя перед собой лишь протоптанную дорогу, а затем оглянулись — и возникла отчаянная мысль: «Надсмотрщики далеко! Лучше смерть, чем такая жизнь! Бежим!»
Откуда только взялись силы — бросились бежать. Был бы лесок, балка или хотя бы кусты… А где укрыться в степи? Их заметили охранники.
Налились глаза яростью, засвистели нагайки, бросились в погоню. Вот-вот догонят.
А среди беглецов была девушка — ничем не приметная на вид, но обладала необычайной силой. Обернулась — видит, догоняют.
Сняла с головы голубую ленту, бросила на землю. В тот же миг на этом месте появилась степная река. Она задержала татарских коней, но ненадолго — погоня снова близко.
Девушка бросила гребень.
И на том месте вырос лесок. Задержал погоню на короткое время. В третий раз оглянулись беглецы — а татары уже почти настигли.
Тогда девушка бросила пояс. На том месте образовалась длинная и широкая балка, заросшая колючим терном. Разозлились татары.
Стали рубить терны саблями, хлестать нагайками — да ничего не помогло.
Вздохнули с облегчением беглецы. Нежные речные волны омыли их усталые ноги, они искупались. И даже безжалостное солнце стало мягким и ласковым…
Очень давно это было. Но в наших краях и поныне плещется волнами река Ингулец, таинственно шелестит листьями Недогирский лес,
и тянутся на сотни метров балки, заросшие терном.